Заходи еще в Великом Новгороде. кликни тут . Это правда, все просто.
ХОЗЯЙСТВЕННОЕ ЗНАЧЕНИЕ

Из всех семейств отряда хозяйственное значение1 имеют представители лишь семейства тресковых; представители остальных семейств для промысла значения не имеют. Тресковые по их роли в мировом промысле стоят по улову на первом месте после сельдевых. Годовой улов всех видов тресковых за последние годы достигает в среднем свыше 17 500 тыс. ц. В эту цифру не входят уловы тресковых в кжном полушарии и ряд видов, ловимых в небольших количествах и не учитываемых статистикой. Нашим траловым промыслом в 1934—1938 гг. вылавливалось от 772 до 2132 тыс. ц.
Наибольшее значение из всех видов тресковых имеет треска, уловы которой в Атлантическом океане у берегов Европы, Гренландии и Ньюфаундленда в последние годы превышают 10 млн ц (около 10.7 млн. ц в 1933 г. и около 10.4 млн. ц в 1934 г. без уловов СССР). Кроме того, в Тихом океане ежегодно в последние годы вылавливалось 1.5—2 млн. ц трески. Таким образом, треска составляет в среднем около 60—70% общего улова тресковых. На втором месте по улову стоит пикша, которой ежегодно добывается около 2 млн. ц (около 2.13 млн. ц в 1933 г. и около 1.8 млн. ц в 1934 г.). Весьма существенное значение имеет сайда, годовой улов которой превышает 1 млн. ц (около 1.11 млн. ц в 1933 г. и около 1.2 млн. ц в 1934 г.).
Исключительно тихоокеанский вид — минтай (Theragra chalcogramma), запасы которого используются недостаточно, вылавливается все же в довольно значительных количествах: в Японии его добывали свыше900 тыс. ц.
Довольно значительную роль в улове тресковых играет мерланг (Odontogadus merlangus merlangus); его ежегодно вылавливается около 700 тыс. ц (около 730 тыс. ц в 1933 г. и свыше 715 тыс. ц в 1934 г.). Наконец, Merluceius merluceius и Molva molva, не играющие, подобно мерлангу, никакой роли в нашем промысле, в улове западноевропейских стран имеют довольно существенное значение: М. merluceius вылавливается ежегодно свыше 400 тыс. ц (свыше 445 тыс. ц в 1933 г. и около 407 тыс. ц в 1934 г.), М. molva — свыше 300 тыс. ц (свыше 300 тыс. ц в 1933 г. и около 350 тыс. ц в 1934 г.).
Остальные виды тресковых существенного промыслового значения не имеют и статистикой мирового промысла не учитываются.
Промысел тресковых играл существенную роль в экономике стран северо-западной Европы уже на самых ранних этапах истории. Известно, что треска являлась объектом промысла даже первобытного человека. Вначале промысел производился вблизи берегов в местах концентрации трески в определенное время года. Траловый промысел возник в западной Европе в конце XIX века и уже в начале настоящего столетия был сильно развит. Русский прибрежный промысел трески в Баренцовом море возник в XV веке. Единственным орудием лова трескового прибрежного промысла почти до последнего времени являлся ярус. Поддев, применявшийся на западном Мурмане, на восточном был почти не известен. Тресковые сети стали у нас употребляться лишь после Октябрьской революции. Прибрежный промысел производится весной и летом, в период подхода трески ближе к берегам. Возможность тралового лова трески и пикши в наших водах была установлена еще исследованиями Мурманской научно-промысловой экспедиции, однако лов этот русскими рыбопромышленниками не применялся. Развит был исключительно кустарный, прибрежный наживочный лов трески. Результаты исследований Мурманской научно-промысловой экспедиции были использованы иностранцами, в первую очередь англичанами и немцами (Книпович, 1914:35; Маслов, 1.944:18,19). Русского тралового промысла до Октябрьской революции в Баренцовом море не было, если не считать несколько отдельных опытов его. Советский траловый промысел возник по окончании гражданской войны, и в 1919— 1924 гг. число тральщиков достигает 11, ловящих преимущественно на Канииской банке и на банках вблизи берегов Мурмана. В 1925 г., с перенесением траловой базы из Архангельска в Мурманск, советские тральщики ловят уже круглый год, количество их увеличилось до 17, а к 1933 г. до 60, и район промысла распространился на все промысловые районы Баренцова моря. Треска является основным объектом советского тралового промысла (46—78% тралового улова в 1922—1933 гг.). Английские и немецкие тральщики в Баренцовом море в этот период трески ловили в несколько меньшем количестве, чем пикши. С 1925 г. уловы советских тральщиков превышают уловы английских тральщиков в Баренцовом море, исключая уловы последних на Медвежинско-Шпицбергенской банке; с 1937 г. уловы совет-ских тральщиков превышают английские уловы в Баренцовом море вместе' с уловами и на этой банке. Уловы немецких тральщиков в Баренцовом море вместе с уловами на Медвежинско-Шпицбергенской банке становятся меньше советских, начиная с 1932 г. В дальневосточных морях наш траловый лов начался в 1929 г. Траловый флот СССР.